В каких случаях органы опеки забирают детей

Если органы опеки забирают ребенка – что делать?

В каких случаях органы опеки забирают детей

В настоящее время в российском обществе, в том числе в его православной части, ведется широкая дискуссия о перспективе введения в Российской Федерации ювенальной юстиции.

При этом далеко не все участники дискуссии имеют хотя бы примерное представление о том, что же такое ювенальная юстиция, и ориентируются исключительно на гуляющие на просторах Интернета невесть откуда взявшиеся списки «причин для отобрания детей». Давайте попробуем разобраться!

Если внимательно ознакомиться с пакетом законопроектов по данному вопросу, можно убедиться, что нигде ни «отказ от прививок», ни «непосещение молочной кухни» не фигурируют.

На самом деле ювенальная юстиция подразумевает создание системы специальных судов, в которых будут заседать специально подготовленные по курсу детской психологии судьи. Предполагается, что эти судьи разбирать дела с участием несовершеннолетних, как преступивших закон, так и наоборот, ставших жертвами преступлений, в том числе жестокого обращения со стороны родственников.

В то же время к проблемам изъятия детей из семьи пресловутая ювенальная юстиция имеет весьма опосредованное отношение: весь необходимый юридический инструментарий для этого уже содержится в российском законодательстве.

Я не случайно употребила слово «необходимый». В ряде случаев, как это ни прискорбно, отобрание детей у родителей является действительно необходимой мерой.

Деятельность сотрудников органов опеки и попечительства (далее мы будем называть эти органы «опекой»), с которой, наверное, не понаслышке знакомы многие православные семьи – в силу развитых в православной среде традиций многодетности и усыновления, ‑ спасла жизнь не одному ребенку, попавшему в сложную жизненную ситуацию.

К сожалению, не все родители выполняют возложенные на них Богом, обществом и государством родительские обязанности должным образом, не все заботятся о здоровье, физическом, психическом, духовном развитии своих детей. Именно поэтому статья 77 Семейного кодекса Российской Федерации предоставляет органам опеки и попечительства право при непосредственной угрозе жизни или здоровью ребёнка отбирать его у родителей.

Теоретически представители опеки могут прийти с проверкой в любую семью, в отношении которой поступил «сигнал» от врача, из образовательного учреждения или от соседей, ‑ с тем, чтобы убедиться, что с ребенком всё в порядке.

Чтобы избежать большей части сигналов, следует просто-напросто не пренебрегать соблюдением установленных законом процедур: не стоит уходить из роддома без выписки (всегда можно получить выписку «под расписку»), а также игнорировать необходимость сделать прививки (вместо написания отказа от них), затягивать посещение детской поликлиники и получение свидетельства о рождении.

Взгляните на эти ситуации глазами сотрудников опеки – и Вы поймете проявленный в такой ситуации интерес к семье.

Например, если беременная не наблюдалась в женской консультации, родила дома, а потом не стала торопиться с регистрацией ребенка – это может равновероятно означать как то, что она придерживается теории естественного родительства, так и то, что женщина пропустила сроки для аборта и желает избавиться от ребенка после его рождения. «Молчаливый» отказ от прививок может свидетельствовать не об осознанной позиции, а о банальном разгильдяйстве.

Поэтому правило номер один: не давайте органам опеки лишних поводов приходить в ваш дом. Если Ваш ребенок занимается в секции карате или бокса – это должны знать школьные учителя; если Вы пользуетесь услугами платного педиатра – поставьте об этом в известность заведующего детской поликлиникой.

Если же все же визит произошел, его, опять же, не следует воспринимать его в штыки, как вмешательство в частную жизнь. Но не стоит и вести себя безропотно, если по отношению к вам опека ведет себя не совсем корректно и предубежденно.

Запомните, что в соответствии со статьей 25 Конституции Российской Федерации жилище является неприкосновенным. Против воли проживающих в помещении лиц доступ туда осуществляется только либо по решению суда либо в случаях, установленных законом.

Единственный установленный законом случай, применимый к подобным ситуациям, – это право сотрудников полиции (но не опеки!) входить, в соответствии с пунктом 3 статьи 15 Закона о полиции, в жилые помещения при наличии достаточных данных, что там совершено или совершается преступление (например, ребенок громко и надрывно кричит, просит о помощи).

В любом случае родители имеют право выяснить у полицейских, какие именно основания для таких предположений у них имеются.

Таким образом, вопрос о том, пускать ли сотрудников опеки в квартиру, остаётся на усмотрение родителей.

Перед тем, как пустить сотрудников опеки в квартиру, стоит убедиться, что перед вами действительно они (это, на самом деле, универсальная рекомендация).

Не надо стесняться проверить у пришедших документы (удостоверение и паспорт) – ведь, в конце концов, именно Вы отвечаете за безопасность своего малыша, и Вы должны быть уверены, что впускаете в квартиру именно представителей опеки, а не мошенников.

Не лишним будет записать фамилию, имя, отчество пришедших к вам лиц, чтобы потом не вспоминать мучительно, с кем же именно Вы общались.

Можно также перезвонить в орган опеки по телефону, заранее выписанному из справочника, и уточнить, работают ли там указанные люди, и направлялись ли они с проверкой на Ваш адрес. Возможно, Вы будете испытывать определенное чувство неловкости, но иногда лучше чувствовать себя неловко, чем стать жертвой преступления.

В ходе визита исходите из элементарных правил:

  1. У ребенка есть режим дня, и визит сотрудников опеки – это не повод его нарушать. То есть если ребенок спит – совсем не обязательно его будить.
  2. Если в Вашей квартире принято разуваться, мыть руки – то и сотрудники опеки должны это сделать. Следует вежливо, но твердо попросить их об этом. Помимо чисто практического, это еще и психологический момент: в большинстве случаев человек без обуви тут же теряет «начальственный» тон. В случае отказа разуться – не стесняйтесь выставить визитёров за дверь.
  3. Все находящиеся в Вашей квартире люди должны быть в поле Вашего зрения одновременно. Например, если кто-то отказался разуться под предлогом «я постою в прихожей» ‑ попросите его покинуть квартиру и заприте за ним дверь, продолжив для остальных «экскурсию» по квартире. Попытки «разделиться, чтоб побыстрее осмотреть квартиру» следует немедленно пресекать: «Пожалуйста, следуйте за мной», «Я Вас в ту комнату пройти не приглашала», «Я вам всё покажу, но, пожалуйста, в моём присутствии».
  4. Настройтесь на то, что хозяева в квартире по-прежнему Вы, и Вы не совершили ничего такого, что бы дало посторонним людям право самостоятельно заглядывать в Ваш холодильник или ящик для нижнего белья.
  5. Любые отмеченные сотрудниками опеки «странности», например, отсутствие детской коляски по причине использования слинга, следует пояснить и настаивать на фиксации этих пояснений в акте осмотра (об этом подробнее ниже).
  6. Будет хорошо, если осмотр квартиры будет производится при свидетелях, например, можно пригласить присутствовать соседей. При наличии возможности постарайтесь записать весь визит на видео или диктофон.
  7. По окончании визита комиссии настаивайте, чтобы так называемый «Акт об осмотре жилого помещения» был составлен тут же, при вас, в двух экземплярах, и каждый экземпляр был подписан вами и членами комиссии. В нём не должно быть «пустого пространства», прочёркивайте или заполняйте все пробелы перед подписанием. Если представители опеки будут ссылаться на то, что у них есть 7 дней на составление подобного документа, обратите их внимание на то, что Вы просите составить не акт об обследовании условий проживания несовершеннолетнего, а именно акт осмотра, это разные документы.

Если опека желает, чтобы вашего малыша осмотрел врач – помните, что Вы имеете право ехать с ребёнком в одной машине «Скорой помощи», присутствовать при всех медицинских манипуляциях, которые совершаются с ним. Более того, согласно статье 32 Основ законодательства РФ об охране здоровья, никакое медицинское вмешательство (в том числе и банальный осмотр) не может проводиться без вашего согласия.

Любые разногласия с опекой (опека пришла в неудобное для Вас время, например, когда ребенок спит; Вам пришлось отказать в посещении квартиры по причине того, что пришедшие отказались разуваться) лучше решать в письменном виде. Сразу по окончании визита напишите соответствующее заявление («После 22-00 мой ребенок спит, и я не вижу повода нарушать установленный режим его дня.

Прошу в дальнейшем не допускать визитов комиссии в ночное время» или «Прошу сотрудников опеки в случае визита в мою квартиру с проверкой иметь при себе сменную обувь»), снимите с него копию и отнесите в опеку, получив на копии отметку о приёме.

Если вдруг такое заявление откажутся принимать – его можно направить по почте ценным заказным письмом с уведомлением о вручении с описью вложения.

И самое важное. Отобрать, то есть «изъять ребёнка из семьи», можно только на основании соответствующего акта органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации. И при отсутствии этого акта никто не имеет права прикасаться к Вашему ребенку.

В случае, если по какой-то причине проверяющие вошли в квартиру без вашего согласия, не реагируют на просьбы или пытаются забрать ребёнка силой без соответствующих документов – не стесняйтесь звонить по телефону 02 с сообщением, что неизвестные против вашей воли ворвались к вам в квартиру и забирают ваше дитя. Приехав, полиция убедится, конечно, что это сотрудники опеки, однако настаивайте на том, что Вы их пройти в квартиру не приглашали и необходимые документы у них отсутствуют. Настаивайте на том, чтобы сотрудники полиции помогли Вам защитить Ваши законные права.

От редакции: В свете последних изъятий детей на улице, советуем всем родителям обязательно иметь при себе паспорт и копию свидетельства о рождении ребенка!

Источник: https://www.pravmir.ru/chto-delat-esli-organy-opeki-otbirayut-rebenka/

«В доме не убрано, тараканы, но ребенка любят». За что опека может изъять детей из семьи

В каких случаях органы опеки забирают детей

В Кировской области органы опеки изъяли у матери-одиночки ребенка после заявления школьной администрации: мальчик пожаловался, что его шлепали ладонью и били ремнем. В России это не первый случай — ведомство вправе отобрать ребенка у родителей в случае угрозы его жизни и здоровью.

Почему опека чаще изымает детей, чем помогает семьям, реагируют ли ее сотрудники на анонимные жалобы и как проходят выездные проверки, «Правмиру» рассказал юрист фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Павел Денисов.

— В каких случаях опека может изъять ребенка из семьи?

— Согласно 77-й статье Семейного кодекса, орган опеки и попечительства вправе немедленно отобрать ребенка у родителей или у других лиц, на попечении которых он находится, при непосредственной угрозе жизни ребенка или его здоровью. Специалисты органов опеки сами определяют, есть ли эта угроза, насколько она реалистична.

Но при этом не существует прописанных процедур — как проводить эту оценку.

А оценку проводят не специалисты, которые могут разобраться в детско-родительских отношениях, нет процедуры расследования, нет времени на то, чтобы разобраться в ситуации серьезно.

А главное, нет специальной подготовки тех, кто приходит в семью. Поэтому по сути это субъективная оценка конкретными людьми. И эта задача в каждом конкретном случае решается по-разному.

Здесь многое зависит от того, насколько давно семья находится в поле зрения органов опеки и попечительства. Также имеет значение степень тревожности сотрудников ведомства. Есть конкретные органы опеки, которые готовы при любом первичном сигнале осуществлять изъятие, полагая, что делают это в интересах ребенка.

Нужно изменить подход к отобранию — это должно стать крайней мерой. Требуются инструменты оценки ситуации как опасной. Если она действительно такова, то необходима возможность перемещать ребенка экстренно к родственникам и знакомым, а не в детский дом.

— Выходит, в разных регионах ситуация может отличаться?

— Я бы даже сказал — не в разных регионах, а зачастую в разных районах одного города она может отличаться. Многое зависит от специалистов, которые там работают.

Некоторые очень трепетно относятся к семье и по минимуму изымают детей, другие же при любом случае, кажущемся опасным, принимают такое решение. Здесь единого подхода не существует.

Нужно прописать критерии, по каждому из них — варианты, как может развиваться ситуация. Пока этого нет.

— На практике это порождает проблемы?

— Конечно. Возникают различные действия органов опеки при схожих ситуациях. Есть две семьи с близкими проблемами в отношениях с детьми. В одной опеке могут принять решение, что детей нужно изымать. В другой — организуют сопровождение семьи, помощь ей. И тогда дети остаются в семье.

Важно отметить, что существуют случаи, когда изъятие необходимо. Например, есть сексуальное насилие. Это понятное основание.

Но возникают и оценочные критерии.

Например, отсутствие заботы или ухода, которые каждый специалист определяет по-своему. В некоторых случаях органы опеки, ссылаясь на это, могут забрать детей. В других — нет.

Работа строится не на критериях и не в интересах ребенка, а на мнении частных лиц.

В итоге семьи, которым можно помочь, лишаются детей, хотя с помощью специалистов могли бы изменить ситуацию и сохранить детей.. Однако бывают ситуации, когда действительно помочь невозможно.

— Отсутствие ухода и отсутствие заботы — что это может быть?

— Например, в жилом помещении длительное время не убрано и есть тараканы. Но они завелись не потому, что в семье не любят детей — не заботятся о них, не кормят, не воспитывают.

Это произошло, потому что семья не справляется с какими-то социальными задачами. Им нужно помочь. Например, есть член семьи с психическим расстройством: бабушка, которая приносит мусор с улицы, из-за этого в доме появились паразиты.

Бабушка — член семьи, за ней ухаживают, поэтому из дома ее не выселишь.

Для такой семьи нужно организовать социальное сопровождение со стороны социальной защиты и других служб. К сожалению, проще объявить семью не заботящейся о детях. И это нередко происходит в связи с антисанитарией. Вместо помощи семье опека изымает детей. Потом их достаточно сложно вернуть назад.

— Государственные службы редко организуют сопровождение для семей?

— К сожалению, эта система пока не налажена. Ввиду дефектов нашего законодательства она не имеет однозначной нормативной базы. Возникает ситуация: «Мы бы сделали, но не знаем, что». У органов опеки нет ни оснований, ни ресурсов на эту работу. Нет специалистов, которые будут этим заниматься, а значит, и активности.

Социальная защита в этих ситуациях не обязана включаться, она может отреагировать, если семья сама обратится, но там нет сопровождения семей, это обычно отдельные виды услуг, не всегда адекватно отвечающих ситуации и потребностям семьи. Есть индивидуально-профилактическая работа, которую может назначить и провести комиссия по делам несовершеннолетних, но что это такое никому в целом не понятно.

Где-то КДН работают, как могут, с семьями, где-то подключается соцзащита, где-то нет ничего. Часто задачу берут на себя НКО, в том числе «Волонтеры в помощь детям-сиротам», которые закрывают бреши в государственной системе.

К сожалению, не всем удается помочь. У НКО ресурсы ограничены, государство помогает не очень активно, а иногда даже мешает. Все семьи, нуждающиеся в поддержке, взять под попечительство отдельных НКО не получится.

Тем более, они есть не во всех регионах страны.

— Если учитель или врач в детской поликлинике сообщит о проблемах ребенка в органы опеки, сотрудники обязаны приехать с проверкой?

—Да. Опека должна отреагировать на сигнал и проверить ситуацию в течение трех дней после поступления сведений о нарушении прав и интересов детей. Если ребенок серьезно пострадал, а особенно — если сам рассказал, что родители его бьют, органы опеки и попечительства могут изъять его из семьи тут же.

Год назад в Рязанской области в поселке Сапожок дети рассказали педагогу, что их бьют приемные родители.

Специалисты опеки забрали их прямо из школы, приемным родителям не вернули, пока не состоялись все проверки. В том числе — расследование уголовного дела, которое возбудили по данному факту.

И хотя проверка не нашла подтверждений побоям, а сами дети очень быстро поменяли показания и начали проситься домой, они все равно провели несколько месяцев в приюте.

— А если в опеку пожалуется просто человек с улицы, который хочет навредить?

— Если это анонимка, опека может ее и не проверять. Прямых оснований для проверки данных, поступающих анонимным образом, нет. Хотя анонимные заявления иногда тоже проверяют.

Но если это письмо от соседа, которое он подписал своим именем — такой сигнал проверить должны. Это источник, который можно идентифицировать. Такой же, как и учителя или врачи. Но поликлиника, школа и детсад как источники воспринимаются более серьезно, так как наблюдают ребенка ежедневно.

— Сотрудники опеки пришли в дом. Что именно они имеют право оценивать?

— Опека в ходе проверки составляет акт обследования условий жизни несовершеннолетнего гражданина и его семьи. Сотрудники опеки интересуются участием родителя в жизни и содержании ребенка, семейным окружением и составом семьи. Заполняют информацию про внешний вид ребенка, его социальную адаптацию.

Сотрудники осматривают жилище, его санитарно-гигиеническое состояние, условия жизни семьи и ребенка. Они обратят внимание на место, где ребенок живет — детский уголок, игровые зоны, рабочее место, если он учится. Опека смотрит на то, чтобы у ребенка были игрушки, канцелярские принадлежности, а также одежда — целая, чистая, комплектная, есть ли продукты в холодильнике.

Но надо понимать, что все это не говорит о том, насколько ребенку безопасно в семье и есть ли отношения привязанности между ним и родителями. В разных семьях по-разному устроен быт — возможно, вы покупаете еду на один день и тут же готовите ее или заказываете в ресторане.

Поэтому, мне кажется, сегодня эта процедура направлена на оценку внешних условий, которые могут не указывать на реальные проблемы.

И хотя в акте указывается задача — оценить отношения между членами семьи или социальную адаптацию ребенка — реальных компетенций для оценки этого и достаточного времени у них нет.

Поэтому органы опеки в рамках этого акта в основном смотрят на внешнее, и если у ребенка нет спального места, стола, игрушек, органы опеки обратят на это внимание.

К сожалению, единственным инструментом оценки сейчас является обследования условий жизни несовершеннолетнего гражданина и его семьи, который на самом деле может не показывать те проблемы, которые есть в семье. Потому что для реальной оценки нужно время и работа специалистов: психологов, специалистов по социальной работе.

— Как в этой ситуации правильно себя вести?

— Спокойно отвечать на вопросы, если возникают замечания, проговорить, почему эти проблемы возникли и как члены семьи планируют с ними справиться.

Предположим, в комнате не наклеены обои. Но семья говорит: «У папы через неделю отпуск, и мы планируем завершить ремонт».

Если у семьи есть сопровождение со стороны социальных служб или некоммерческих организаций, это нужно показать.

Да, есть проблемы, с которыми семья не может справиться самостоятельно, но она работает над ними вместе со специалистами. И они могут подтвердить, что ситуация улучшается.

Желательно, чтобы сотрудник одной из этих организаций присутствовал на проверке или предоставил опеке сведения в виде письма или характеристики.

— Если я постоянно вижу, как соседи поднимают руку на ребенка, или слышу за стеной его плач, куда мне обратиться за помощью?

— Надо понимать, что дети в принципе плачут, особенно маленькие, поэтому сам факт плача за стеной ни о чем не говорит.

Если ребенок плачет, так что это вызывает у вас подозрения, что это не вопрос возрастных кризисов или обычного поведения младенца,можно для начала познакомиться с семьей и поговорить.

Может людям нужна помощь, может они растят ребенка с особенностями развития или поведенческими особенностями.

Если у вас есть обоснованное подозрение на жестокое обращение с ребенком, например, вы были свидетелем избиений, то стоит обратиться одновременно в опеку и в полицию. В этих условиях ребенок может пострадать физически или погибнуть, поэтому действовать нужно немедленно.

Источник: https://vogazeta.ru/articles/2020/2/19/parents/11665-v_dome_ne_ubrano_tarakany_no_rebenka_lyubyat_za_chto_opeka_mozhet_izyat_detey_iz_semi

Спасти из притона: как в России отбирают детей

В каких случаях органы опеки забирают детей

— В последнее время стало известно о нескольких громких делах, которые связаны с оставлением детей в опасности. У каких родителей можно забрать ребенка и почему?

— Семейным кодексом органы опеки и попечительства наделены правом изымать ребенка из семьи только в одном случае — если его жизни и здоровью угрожает опасность.

Эти ситуации регулирует статья 77: «При непосредственной угрозе жизни ребенка или его здоровью орган опеки и попечительства вправе немедленно отобрать ребенка у родителей (одного из них) или у других лиц, на попечении которых он находится». Просто так ребенка из семьи забрать нельзя.

Поэтому если органы опеки и попечительства получают информацию о том, что ребенку угрожает опасность, то они, соответственно, имеют право прийти, оформить соответствующий акт и забрать ребенка из семьи.

Это все. Дальше, что называется, дело отдается на откуп правоприменителя. Под непосредственной угрозой может пониматься, когда ребенка реально могут убить, а может — когда орган опеки не нашел нужного количества продуктов в холодильнике и говорит: «Мы считаем, что здоровью ребенка угрожает опасность — его здесь недокармливают». Или

пришел представитель опеки, увидел синяк на руке ребенка — и решает, что тоже есть опасность.

Немедленное отобрание оформляется актом органа исполнительной власти, в Москве это решается на уровне района, глава муниципального образования выносит соответствующий акт.

Чиновники обязаны уведомить прокурора и после этого поместить ребенка в соответствующее учреждение, где он будет временно находиться, и после этого обязаны сразу же выйти в суд с ходатайством о лишении родительских прав или об ограничении родительских прав.

— Если говорить о европейском законодательстве, там более четко уточнены эти нормы?

— Разные страны регулируют эти вопросы по-разному, единого стандарта нет.

Что касается, например, скандинавских стран, там механизм настолько драконовский, что ребенка могут забрать только на том основании, что он в садике или в школе заявил, что суп недосоленный или пересоленный или что родители при нем ругались матом.

Там система органов опеки нацелена на то, чтоб забирать ребенка из своих семей и передавать в приемные. Целый бизнес на этом построен. У нас, несмотря на перегибы, эти перегибы все же, как правило, носят единичный характер.

При подключении общественности, средств массовой информации, как правило, права родителей бывают восстановлены. Вспомните ситуацию с матерью-одиночкой из Санкт-Петербурга, страдающей глухотой, там все разрешилось. Другое дело, что органы власти, видимо, не смогли помочь живущей в тяжелых условиях семье, за них это пришлось сделать волонтерам.

— Если говорить о правоприменительной практике, кого чаще всего лишают родительских прав? Это алкоголики-тунеядцы?

— Чаще всего это действительно лица, которые злоупотребляют алкогольными напитками либо принимают наркотики, то есть ведут асоциальный образ жизни. Бывают случаи, когда родители- алкоголики не кормят маленьких детей и ребенок просто может умереть с голоду.

У родителей-наркоманов бывают настолько антисанитарные условия, что ребенку действительно опасно находиться дома: там притон, туда приходят подозрительные личности, там употребляют наркотики и так далее.

— А если говорить о последних случаях: с так называемой, девочкой-маугли или четырьмя детьми в Мытищах, которые не были зарегистрированы. Почему такие случаи остаются без профилактического внимания?

— У органов опеки есть обязанность следить за всеми, но, как правило, это относится к семьям, которые навскидку требуют внимания: это либо многодетные семьи, либо семьи с приемными детьми, либо патронажные семьи.

Следить за каждой семьей без сигнала в задачу органов опеки не входит, потому что тогда численность сотрудников придется доводить до численности полицейских. Наверное, это и не надо.

Действительно, как правило, органы опеки работают по сигналам детских садов и школ, больниц, соседей — по таким обращениям они обязаны проводить проверку.

У самих органов опеки тоже бывают сложности. У коллеги был случай: в Омской области у семьи, употребляющей наркотики, органы опеки долгое время не хотели забирать детей.

Проблема оказалась в том, что они жили в отдаленном районе, специализированное учреждение, куда изъятых из семьи детей необходимо было поместить до принятия судом решения о лишении родительских прав, просто отсутствовало.

В этой связи детей размещали то дома у сотрудницы ПДН, то в больнице, то опять возвращали в семью. В конечном итоге после решения суда о лишении родительских прав детей поместили в дом-интернат.

— Но, например, для школ обращение в опеку или полицию может расцениваться как вынос сора из избы…

— Воспитатели, учителя, медики обязаны сообщать. Но мы знаем, что царицей большинства госучреждений является статистика. И это бич нашей страны. К сожалению, пока мы не научились оценивать учреждения, кроме как на основании статистического учета.

А статистика, к сожалению, иногда играет очень негативную роль.

И вы абсолютно правы: зачастую бывает так, что те же учителя или воспитатели детских садов (а сады и школы сейчас объединяют в большие комплексы) для того, чтобы не допустить снижения рейтинга своих учебных заведений, пытаются скрыть какие-то сигналы, чтобы не получить негативные баллы в рейтинг и не навредить своему учреждению и себе. Здесь можно говорить о перегибах на местах, потому что законодательно у нас все нормально отрегулировано. Просто надо с такими случаями бороться, и, может быть, сделать так, чтобы подобная информация не влияла на имидж учреждения.

— В истории с жительницей Екатеринбурга, которая перенесла операцию по удалению груди, тоже была угроза для детей?

— В каждой ситуации надо разбираться индивидуально. Вероятно, что вопрос о том, чтобы изъять детей, встал перед органами в связи с психическим здоровьем приемного родителя. Что касается приемных детей, то со стороны органов опеки обязан быть серьезный дополнительный контроль.

Если говорить в целом, то если есть подтвержденные документально — соответствующими экспертизами, — данные о том, что детям может угрожать психическое нездоровье приемного родителя, тогда применяются меры.

Все, что касается детей, — всегда очень сложные и тонкие процессы. Мы, например, вели громкое дело жителя Подмосковья: его супруга родила мертвого ребенка, украла другого и мужу сказала, что она его родила, а выяснилось это через два года.

Женщину привлекли к уголовной ответственности, слава богу, не посадили, а ребенка забрали.

К сожалению, отцу, который два с лишним года воспитывал этого ребенка, не дали возможность вести дальнейшее усыновление: суд счел, что в приемной семье другой ребенку будет лучше.

Могу сказать, что каждое дело сложное, индивидуальное, тут необходимо обязательно подключать специалистов-психологов, необходимо очень плотно и тщательно работать с органами опеки, потому что любая ситуация должна решаться в первую очередь в интересах детей.

Источник: https://www.gazeta.ru/comments/2019/06/02_a_12319585.shtml

Опека забирает детей – что делать?

В каких случаях органы опеки забирают детей

Наверное, самое страшное, что может произойти с родителями – у них забирают детей. Но чтобы разобраться в этой проблеме и успешно разрешить ее, придется выявить причины такого поступка, правовые последствия и способы защиты своих прав. В этой статье рассмотрим, в каких случаях забирают детей органы опеки, как им противостоять и почему помощь юриста понадобится обязательно.

Органы опеки почти никогда не вмешиваются в семейную жизнь по собственной инициативе. То есть никаких плановых проверок или каких-то превентивных изъятий детей не происходит.

Основанием к отобранию ребенка у родителей в большинстве своем будет «сигнал» из дошкольного учреждения, медицинской организации (детской поликлиники), соседей и просто не равнодушных людей.

А вот поводом для пристального внимания органов опеки будет:

  • родители злоупотребляют алкоголем, наркотиками, а возможно – предлагают данные вещества ребенку;
  • присутствует угроза жизни и здоровью ребенка, происходящая от родителей, связанная с насильственными действиями (избиение, побои и пр.);
  • привлечение ребенка к труду (в том числе за деньги);
  • аморальное поведение родителей, негативно сказывающееся на ребенке (занятие проституцией и пр.);
  • грубое, неоднократное нарушение техники безопасности в повседневной жизни, которое может грозить причинением вреда жизни и здоровью ребенка (привычка переходить дорогу в неположенном месте вместе с ребенком и пр.);
  • антисанитария в доме, где проживает ребенок;
  • не оборудованные помещения для сна, игр, учебы;
  • игнорирование права ребенка на получение медицинских услуг, образования.

В каком случае опека забирает детей, если ничего из вышеперечисленного не было? Поскольку детство находится под особенной защитой государства, ребенка могут попытаться изъять и по анонимным жалобам, причем из вполне благополучной и добропорядочной семьи. Но изъятие ребенка должно происходить в соответствии с «регламентом».

Как действуют органы опеки

Мгновенного изъятия ребенка, как правило, не происходит. Если представитель органов опеки пытается забрать ребенка «просто так», то родителю стоит знать: он не имеет права совершать подобные действия. И опека обязана совершить несколько действий:

  • провести беседу с родителем (законным представителем);
  • проверить факты, указанные в заявлении, на основании которого ребенка хотят забрать из семьи.

Юристы советуют сразу связаться с адвокатом, как только на «горизонте возникнет» представитель органов опеки. Дело в том, что регламентов и законов, регулирующих процесс отобрания довольно много.

И родитель в условиях стрессовой ситуации может просто не сориентироваться в законодательстве и упустить возможность сразу поставить в деле жирную точку: ребенка проще не отдать, чем потом вернуть.

Адвокат же сможет проверить действия сотрудников на соответствие законодательству и отстоять права родителей и ребенка на месте.

Правовые последствия

Разобравшись, в каких случаях забирают детей органы опеки, стоит также уяснить правовые последствия данного «мероприятия». Что касается ребенка, то за ним сохраняются все его права, однако он временно (или постоянно) помещается в детский дом или посторонним людям (опекунам, если таковые имеются).

В отношении же родителей вводятся различные санкции – ограничение или лишение родительских прав. В первом случае родитель лишается:

  • возможности самостоятельно воспитывать ребенка, проживать с ним;
  • различных пособий, льгот, иных привилегий, проистекающих из родительских прав.

Остальные родительские права сохраняются, равно как и обязанности. Например, родителям придется платить алименты.

Что же касается лишения, то у родителя исчезают вообще все права, проистекающие из его биологического родства с ребенком.

В том числе будет невозможно потребовать алименты с ребенка, когда тот достигнет трудоспособного возраста, а родитель лишится средств к существованию. Не придется рассчитывать даже на получение в наследство имущество ребенка.

Но при этом родительские обязанности по содержанию детей никуда не денутся – алименты платить придется.

Возможно ли вернуть ребенка?

Пока судом не наложены ограничения прав родителей, в ситуации, когда опека забрала ребенка, все можно повернуть вспять. Обычно, родители пытаются скандалить и обивать пороги чиновников. Но мудрее в этой ситуации будет обратиться к адвокату, который законно и максимально быстро вернет детей в лоно семьи. Если же по каким-либо причинам юриста нанять проблематично, можно воспользоваться:

  • обращением в прокуратуру с заявлением о проверки законности действий органов опеки;
  • подать исковое заявление в суд для защиты родительских прав.

Главное – успеть обратиться что в прокуратуру, что в суд, еще до того, как органы опеки начнут процесс лишения отцовства, материнства. Как показывает судебная практика, суд охотней встанет на сторону родителей, которые начали возвращать детей своевременно и правильно.

Если же родители не успели и их права ограничили, или вовсе прекратили, придется действовать только через суд. Нужно подать иск о восстановлении родительских прав и возвращении детей домой. Но такие дела без опытного адвоката выиграть сложно, так как придется потрудиться над сбором доказательств. Сам же процесс можно инициировать не ранее, чем через 6 месяцев после лишения прав.

Источник: https://Pravda-Zakona.ru/article/opeka-zabiraet-detej-pomosch-yurista.html

В госдуму внесли законопроект, по которому опека не сможет забирать детей из семей без решения суда. но может стать только хуже

В каких случаях органы опеки забирают детей

Совет Госдумы 14 июля одобрил пакет законопроектов, который вносит изменения в Семейный кодекс РФ. Среди них — проект, ограничивающий изъятие детей изсемьи без решения суда. Сейчас есть способы сделать это внесудебно — по решению органов местного самоуправления или акта о безнадзорности, составленного полицией. 

Руководители благотворительных организаций, работающих с проблемой сиротства, рассказали ТД, как в России сейчас происходит процедура изъятия детей из семей и почему новый законопроект не только не решит существующие проблемы, но и может усугубить ситуацию.

Перед началом рассмотрения по существу иска органов опеки об ограничении прав родителей Антон Новодережкин / ТАСС

Замаскированное изъятие

Регламентирует изъятие детей из семей в России статья 77 Семейного кодекса (отобрание ребенка при непосредственной угрозе жизни или здоровью).

 Согласно ей, социальные работники могут изъять детей без решения суда, если получат подписанный акт от органов исполнительной власти или главы муниципалитета.

Но специалисты из НКО указывают, что органы опеки пользуются и другими методами для отбирания детей из семей.

По словам руководителя благотворительной организации «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елены Альшанской, изъятий по 77-й статье немного, опека часто обходит ее, потому что работать по ней сложно: нужно уведомить об этом прокуратуру и за семь дней собрать в суд пакет документов, чтобы лишить родителей прав или ограничить в них. То есть если опека отобрала ребенка, она обязана лишить родителей прав или ограничить их. Отсюда еще одна причина — органам опеки бывает сложно оценить ситуацию на месте. 

«Сотрудники приходят [домой к семье] и объективно понимают, что не могут за один визит, который длится иногда 20 минут, ну даже если несколько часов, принять решение, действительно ли нет альтернатив и нужно будет потом лишать прав или ограничивать в правах родителей», — говорит Альшанская.

Поэтому органы опеки и попечительства часто используют другие механизмы вместо отбирания. Например, приходят к семье с полицией. И, если принять однозначное решение не получается, полиция составляет акт о выявлении безнадзорного. «Хотя эта ситуация, мягко говоря, на грани фола, потому что никакого безнадзорного при наличии родителей не может быть», — замечает Альшанская.

Также, говорит Елена, повсеместно встречаются случаи, когда родителей вынуждают написать заявление о добровольном размещении ребенка в приюте.

 Ее слова подтверждает директор оренбургского благотворительного фонда «Сохраняя жизнь» Анна Межова.

Фактически перед родителями ставят выбор, объясняет она: либо они подписывают бумаги о добровольном размещении детей в приюте, либо начнется процедура по изъятию детей и лишению родительских прав.

«По факту это не добровольное обращение семей за помощью к государству, а изъятие, оформленное как неизъятие. Это вызывает у людей протест. Надо называть вещи своими именами», — говорит Межова.

Она также указывает на опасность подобных действий опеки в случаях, когда ребенка действительно необходимо забрать из семьи из-за реальной угрозы его жизни и здоровью. «Возьмем, допустим, пьющих родителей, которые жестоко обращаются с ребенком.

Опека их сегодня уговорит отдать ребенка в приют, а завтра они заберут его обратно и изобьют в пьяной драке», — приводит пример она.

В итоге, заключила Альшанская, отбираний детей из семей на основании 77-й статьи не так уж и много. А изъятий, которые проходят по документам как выявление безнадзорного или добровольное размещение в приюте, «полно». «Но именно потому, что они не выглядят как отбирания, мы не можем подсчитать, сколько их на самом деле», — комментирует эксперт.

Нет понятийного аппарата

Даже если отбирание детей происходит по 77-й статье, говорят эксперты, часто оно нарушает права ребенка и не учитывает его интересы.

Проблема в первую очередь в отсутствии понятийного аппарата, говорит исполнительный директор фонда «Измени одну жизнь» Яна Леонова.

В законе, объясняет она, прописывается только то, что опека может усмотреть угрозу для жизни ребенка и принять решение о его изъятии из семьи.

«Но что такое принятие решения в интересах ребенка? Как именно должно выглядеть уклонение от выполнение родительских обязанностей или злоупотребление родительскими правами? Что такое непосредственная угроза жизни и здоровью? Каким образом надо определять, что ребенку грозит смерть в течение конкретного времени? Где эти процедуры, которые позволят определять такие категории? Их нет», — говорит Леонова. 

По словам Леоновой, пока эти процедуры не прописаны, специалисты органов опеки и попечительства зачастую ориентируются на свои представления и личный опыт.

«Плохой достаток, необычный быт, старенькая одежда, плохая успеваемость и поведение ребенка в школе не могут быть основанием для отбирания ребенка. Это является основанием для исследования ситуации и создания плана помощи семье.

К сожалению, мне известны случаи, когда органы опеки не реагируют на тревожные сигналы, потому что “дом красивый, на кухне чисто, дети одеты нормально”», — комментирует собеседница ТД.

Нет социальной поддержки семей

Все опрошенные эксперты сошлись во мнении, что действующее законодательство работает однонаправленно — на изъятие детей, а не на профилактику семей, столкнувшихся с трудностями.

«Если опека приняла решение об отбирании ребенка по какой бы то ни было причине, она будет подавать в суд на ограничение или лишение прав родителей, потому что того требует закон. Это не выбор опеки, не индивидуальное рассмотрение каждой ситуации, это просто формальная обязанность», — высказалась Альшанская.

Сама процедура отбирания весьма жестокая, беспощадная и к матери, и к детям, считает Леонова. По ее мнению, даже если ситуация была угрожающей жизни и здоровью детей, ребенок имеет право на объяснения, куда и почему он уезжает, почему это произошло.

«И в острых ситуациях, когда взрослые в семье ведут себя неадекватно и представляют угрозу не только для ребенка, но и для специалистов, ребенок заслуживает очень деликатного объяснения и разговора в спокойной обстановке.

Нашумевшие истории отбирания всегда выглядят одинаково: там бьются взрослые со взрослыми, а на детей не обращают внимания», — рассказала Леонова. 

В идеальном варианте, говорит она, процедура изъятия должна проходить в максимально щадящей обстановке. Ребенку нужно объяснить все происходящее максимально понятно и деликатно. «Первое, что должен сделать специалист, — связаться с родственниками или близкими семьи, чтобы ребенок мог провести какое-то время со знакомыми людьми», — сказала Леонова.

Поможет ли новый законопроект решить проблемы?

«Многолетняя практика применения статьи 77 Семейного кодекса РФ нередко свидетельствует о произвольном вмешательстве органов власти в дела семьи, от чего страдают как дети, так и родители (усыновители, опекуны)», — говорится в пояснительной записке к законопроекту. По предложению его авторов дела об изъятии детей при угрозе их жизни и здоровью должны рассматриваться судом в ускоренном режиме — в течение 24 часов с момента поступления заявления от органов опеки или от полиции. Заседания будут проходить в закрытом режиме.

Альшанская поддержала идею судебного подтверждения изъятия детей, но отдельно подчеркнула, что в новом законопроекте остался неизменным семидневный срок, за который органы опеки должны подготовить документы к судебному заседанию.

По ее мнению, этого недостаточно, чтобы собрать исчерпывающую информацию и провести полноценное социальное расследование о семье.

 «То есть это опять однонаправленное движение на вывод ребенка из семьи, без варианта работать на возвращение, оказывать помощь и вообще объективно принимать решение в нормальный срок, разобравшись в ситуации», — прокомментировала она. 

«Судебное решение об отбирании детей — это мировая практика. Только основывается это решение на очень объемном исследовании ситуации специалистами. Пока у нас нет такой картины, суд, вероятно, будет принимать решение, исходя из своего представления о том, как все должно быть», — поддерживает Альшанскую Леонова.

Она также считает, что авторы законопроекта пытаются некомплексно решить многогранный вопрос: в нем по-прежнему не прописаны особые компетенции представителей полиции, специалистов органов опеки и попечительства, нет алгоритмов изъятия и возможного перечня оснований, не предложена система помощи семье, которая находится в сложной ситуации.

Новый законопроект не изменит ситуацию кардинально, считает Межова. Все будет работать точно так же, «только окончательное решение останется за судами», говорит она. Межова указала, что без хорошего адвоката семьи просто не смогут самостоятельно собрать доказательства того, что «они не такие уж безнадежные». А найти хорошего специалиста в короткий срок невозможно.

«Будет только хуже. Сейчас-то оспаривать решения администраций удается с большим трудом. А когда это будет в виде решений судов, то станет намного сложнее.

В случае изъятия ребенка из семьи это [решение суда] будет ставить практически крест на его возвращении.

Нам нужны не популистские, быстрые решения, которые защитят больше опеку и государство, а взвешенная и продуманная система, которая работала бы на восстановление кровных семей, на раннюю помощь и профилактику кризисных семей», — заключила Межова.

Что необходимо изменить?

Нужно выстроить систему, которая будет тактично и аккуратно разбирать все жалобы, «чтобы органы опеки, с одной стороны, серьезно относились к сигналам о жестоком обращении с ребенком, а с другой — не забирали ребенка во всех ситуациях, которые показались им неправильными, странными», —считает Альшанская. Она добавляет, что причиной отбирания ребенка должно стать только жестокое обращение, насилие со стороны родителей. Неблагоприятные условия жизни или низкий достаток семьи — это сигнал о том, что она нуждается в социальной поддержке.

«Любое вторжение в семью — это сильнейший стресс для всех сторон процесса, — говорит Леонова. — Минимизировать его — одна из основных задач специалистов, которые приходят. В идеальной картине в семью может входить человек, обладающий особыми навыками, компетенциями и полномочиями, который действительно намерен помочь ей справиться с трудностями». 

По мнению Межовой, должен быть определен порядок не только изъятия детей из семей, но и план работы с семьей. Она указывает: семья не сразу становится кризисной и чем раньше начать с ней работу, тем лучше.

«Закон не должен быть однобоким, говорящим только о порядке изъятия. Для нас главное — не изъять детей, а чтобы такие случаи были редкостью и исключением. Нужен большой закон об опеке и попечительстве, который включит в себя все нюансы работы», — заключает Межова.

Источник: https://takiedela.ru/news/2020/07/16/deti-opeka-sud/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.

    ×
    Рекомендуем посмотреть